Федеральное законодательство в сфере социального питания, в том числе школьного, нуждается в радикальном изменении, ее необходимо выводить в область особого регулирования, заявил «Известиям» президент АНО «Институт отраслевого питания» Владимир Чернигов. «Мы настаиваем на радикальном изменении сферы социального питания, которая вообще должна быть выведена в область особого регулирования», — заявил он.По его словам, этот вопрос уже обсуждается: 17 ноября в Госдуме обсуждали подходы к изменению федерального законодательства в этой сфере. Теперь собираются провести конференцию в Санкт-Петербурге, где уже есть свой субъектовый закон о социальном питании и управление социальным питанием — единственный исполнительный государственный орган власти в России, в котором как раз сосредоточены все компетенции по соцпитанию.Владимир Чернигов отметил, что сейчас организация питания основана на законодательстве о контрактной системе, но местные органы власти часто просто не обладают компетенциями, чтобы грамотно и в рамках действующего правового поля заказать услугу питания в школах.«В обычных муниципалитетах, даже крупных, эти компетенции сбрасывают на органы управления образованием. Субъекты дают деньги на питание по муниципалитетам, но кто в районных или небольших городах, тем более сельских муниципалитетах является экспертом в конкурсных закупках? Это обычные чиновники муниципального уровня. Надо менять именно эту верхнюю конструкцию», — сказал он.Подробнее о том, как недобросовестные поставщики попадают в школы, — читайте в материале «Известий»:Тендерный хлеб: как в школы попадают недобросовестные организаторы питания

29.11.2025

В Госдуме предложили внести изменения в законы о школьном питании

В Иркутске суд занял сторону поставщика питания в споре с администрацией города. Это продолжение скандальной истории, когда компания «КрасПит» через жалобу в Федеральную антимонопольную службу оспорила свое поражение в конкурсе и добилась признания права на исполнение контракта. Однако на деле организовать питание компании не удалось, так как сотрудников якобы не допустили в школы. Почему дети становятся заложниками аукционов и почему у чиновников остаются возможности «провести» свои компании, а у недобросовестных поставщиков — получить бюджетные деньги, разбирались «Известия».Почему в Иркутске дети остались без питанияВ конце ноября Арбитражный суд Иркутской области признал, что закупки на оказание услуг по питанию в школах города были проведены с нарушениями. Суд рассматривал иск администрации города, которая требовала отменить ранее принятое решение управления Федеральной антимонопольной службы по региону.Речь идет о закупке на сумму около 400 млн рублей по питанию в 29 школах Иркутска. Конкурсные процедуры прошли в июле. Победителем выбрали муниципальное предприятие «Комбинат питания», а другую заявку, от красноярской компании «КрасПит», отклонили. Но представители компании с решением не согласились и пожаловались в УФАС. Антимонопольщики поддержали позицию красноярцев, вынудив администрацию заключить контракт именно с ООО «КрасПит».Бумаги чиновники подписали, но подали исковое заявление в суд, чтобы отменить решение УФАС.«КрасПит» 29 сентября должен был начать организацию питания в школах, но не смог этого сделать. Школьные столовые не открылись в тот день, пришлось даже сократить продолжительность уроков. Не смог «КрасПит» начать работу и на следующий день, а питание в большинстве учебных заведений наладили силами «Комбината питания». В компании «КрасПит» заявили, что сотрудников компании якобы не пустили на пищеблоки работники муниципального предприятия, проигравшего торги. СМИ же со ссылкой на источник, близкий к мэрии, утверждали, что работники выигравшей компании были в столовых, но просто не начали готовить еду.Теперь арбитражный суд подтвердил правильность решения, вынесенного УФАС, и, соответственно, законность работы «КрасПит» в школах города.Знакомые с похожими ситуациями эксперты, опрошенные «Известиями», назвали странной саму ситуацию, когда красноярская компания начинает заниматься питанием в школах Иркутска и к тому же фактически в середине четверти. До 26 сентября детей кормила одна организация, а уже 29 сентября в столовую должна была прийти другая. Они сравнили эту ситуацию с «рейдерским захватом»: сотрудники новой компании приходят в другой регион и ставят перед фактом и чиновников, и предыдущую фирму — продолжайте работать, только теперь в качестве субподрядчика, иначе у детей просто не будет никакого питания.Эксперт в сфере государственного заказа Александр Перфильев, впрочем, замечает, что ситуация может выглядеть и по-другому: заказчик действительно мог препятствовать поставщику в исполнении контракта, а после того, как тот не начал организацию питания, добиваться возвращения контракта проигравшей компании.«Известия» направили запрос в администрацию Иркутска.Как проводят закупки в школахРуководитель центра «Закон.гуру» Александр Евсташенков пояснил, что поставка питания для школ выделяется среди всех остальных контрактных процедур: ограничений здесь больше, чем обычно.— В обычном порядке продукты питания по закону № 44-ФЗ должны закупаться аукционом, где побеждает поставщик, предложивший наиболее низкую цену — это единственный критерий оценки. Для школьного питания сделано исключение: заказчик может проводить закупку продуктов не только аукционом, но и конкурсом, — пояснил эксперт «Известиям». В последнем случае в игру вступают нестоимостные критерии оценки — качество и квалификация поставщика, уточнил Александр Евсташенков.По его словам, качеству товара и квалификации поставщика при оценке заявок отдают 60% «веса» решения, а ценам — только 40%. Александр Евсташенков подчеркивает, что таким образом соблюдается баланс между конкуренцией и возможностью снизить цену на торгах.— ФАС строго следит за тем, чтобы заказчики, устанавливая нестоимостные критерии в конкурсе, достигали именно лучшего качества исполнения будущего контракта, а не выбора «своего поставщика». И грань в этом вопросе очень тонкая, — подчеркнул он. — Например, как оценить квалификацию поставщика по организации услуг общественного питания? Исполнитель ранее оказывал услуги питания для студентов вуза. Можно ли говорить о том, что поставщик обладает нужной квалификацией для работы в школьных столовых? ФАС считает, что да, но не все заказчики с этой позицией соглашаются. Евсташенков называет ситуацию в Иркутске ярким примером этой проблемы. Никто не оспаривал, что у ООО «КрасПит» есть опыт оказания услуг питания, но у его прежнего заказчика не было образовательной лицензии. Иркутское УФАС посчитало, что этого опыта достаточно, а заказчик с этим не согласился.— Основная проблема в закупках питания для школ кроется в регулировании порядка оценки заявок в конкурсе. Ее можно решить, внеся изменения в постановление правительства РФ от 31.12.2021 № 2604, в котором жестко ограничить усмотрение заказчика в части того, какие договоры принимать к оценке, а какие нет, — считает эксперт.Закупки можно проводить и по закону № 223-ФЗ, если финансирование идет из внебюджетных средств. ООО «КрасПит» ранее участвовало в таких торгах на организацию питания в 16 школах Красноярска, сумма контракта составила 180 млн рублей. Тогда компания тоже обращалась в территориальное управление ФАС России, проиграв в конкурсе. «КрасПит» обжаловал неправильную оценку и указал на родственные связи между сотрудниками заказчика и руководителем компании-победителя. Арбитражный суд Красноярского края встал на сторону заказчика, посчитав, что связи на процедуру не влияли, а нарушения при оценке не повлияли на итоговый результат, так как победитель всё равно набрал больше баллов.Еще одной серьезной проблемой становится демпинг — и это даже при условии, что критерий цены сильно снижается при выборе поставщика питания, говорит руководитель Бюро расследований «Народного фронта» Валерий Алексеев. Пока это явление в сфере поставок питания возможно практически в любой части страны.Президент АНО «Институт отраслевого питания» Владимир Чернигов отметил, что требования, которые прописывают при подготовке к конкурсу его организаторы, часто уже ориентированы на потенциального подрядчика. Это делается для того, чтобы можно было понимать, кто конкретно придет в школьные столовые и точно не сорвет организацию питания, потому что это «смерти подобно», говорит эксперт.Зачем «КрасПит» пришел в Иркутскую область, по его словам, не очень понятно. По словам эксперта, это известная компания, но известна она, к сожалению, с разных сторон: весной 2021 года более 100 школьников в Красноярском крае заболели иерсиниозом по вине этой компании, которая тогда именовалась ООО «Развитие». Были выплачены крупные компенсации пострадавшим, а ООО «КрасПит» было ликвидировано и «переупаковано» в другую организацию с таким же названием, но юридически — без шлейфа в виде скандала с отравлением детей.Местный «Комбинат питания» Владимир Чернигов называет достаточно крепкой организацией, которая, судя по всему, не имела опыта работы в жесткой конкурентной рыночной обстановке: до 2025 года такая компания могла получать от города задание как автономное учреждение, а теперь вынуждена была акционироваться и работать на общих условиях.Как менять процедуры закупокПо словам гендиректора ООО «Контрактные системы» Евгения Ландо, в случае с организацией питания в школах Иркутска контролирующим органам важно очень тщательно разобраться, кто действительно виноват в срыве госзаказа: недобросовестный поставщик или все-таки заказчик, который действительно «может закрыть доступ к объекту для победителя».Он добавил, что подставную процедуру, которая позволит чиновникам провести «свою» компанию, в конкурсной процедуре сделать удобно. Однако опыт «КрасПита» показал, что даже если заказчик хочет видеть определенную компанию в поставщиках, система устроена таким образом, что это можно оспорить и принудить заказчика заключить договор с реальным победителем.Валерий Алексеев из «Народного фронта» считает, что саму закупочную процедуру нельзя назвать причиной проблем с появлением недобросовестных поставщиков в школах.— Проблема отрасли школьного питания в том, что контроль, разработка документов и мониторинг замкнуты фактически на одного человека — директора школы. На него возложена максимальная ответственность, но ему не дали ни ресурсов, ни кадров, ни возможностей, — сказал Валерий Алексеев «Известиям».Так, говорит эксперт, возможности проверить качество поставленной рыбы, если по документам всё в порядке, у директора нет. И понимая, что реального контроля и санкций за недобросовестную работу не будет, часть поставщиков заключает контракты, занижая стоимость продукции и услуг.— Там же, где приемка продукции организована централизованно, на уровне муниципалитета или региона, проблем заметно меньше. Но даже создание централизованных лабораторий не сможет закрыть все уязвимости, — замечает Валерий Алексеев. Владимир Чернигов отметил, что местные органы власти часто просто не обладают компетенциями, чтобы грамотно и в рамках действующего правового поля заказать услугу питания в школах.— В обычных муниципалитетах, даже крупных, эти компетенции сбрасывают на органы управления образованием, — говорит эксперт. — Субъекты дают деньги на питание по муниципалитетам, но кто в районных или небольших городах, тем более сельских муниципалитетах, является экспертом в конкурсных закупках? Это обычные чиновники муниципального уровня. Надо менять именно эту верхнюю конструкцию.Владимир Чернигов настаивает на радикальном изменении сферы социального питания, которая должна быть выведена в область особого регулирования. Это уже обсуждается: 17 ноября в Госдуме рассмотрели подходы к изменению федерального законодательства в этой сфере. Теперь собираются провести конференцию в Санкт-Петербурге, где уже есть свой субъектовый закон о социальном питании и управление социальным питанием — единственный исполнительный государственный орган власти в России, в котором как раз сосредоточены все компетенции по соцпитанию.— Иркутский случай — это прорывающаяся наружу иллюстрация неурегулированности верхней правовой конструкции в сфере, в которой государство должно быть конечным заказчиком социальной помощи семьям через питание детей в школах, — подчеркнул Владимир Чернигов.

Всего в списке: 392