Мукбанг — трансляцию обильного поглощения еды — нередко считают забавой одиноких людей. Видео, на которых блогер ест и параллельно беседует на бытовые темы, смотрят миллионы. Порой такой жанр именуют «гастрономическим вуайеризмом». Почему подобное развлечение называют потенциальным триггером интеллектуальной деградации и компульсивного переедания и где искать достойную альтернативу цифровому чревоугодию — в материале «Известий».

Зачем люди наблюдают за обжорами

Клинический психолог, заместитель руководителя реабилитационной программы психиатрической Клиники доктора Исаева Дарья Серебрякова в беседе с «Известиями» поясняет: мукбанг пришел из Южной Кореи и связан с конкретными социальными тенденциями, в том числе с проблемой одиночества. Как социальное явление он стал развиваться еще в 1990-е годы. В поисках заработка люди уезжали из сельской местности в крупные города, традиционный уклад семьи менялся, а число домохозяйств, состоящих из одиночек, росло.

— Человек много работает, у него нет семьи, времени на общение и денег на разнообразный досуг. Вечером он может позволить себе разве что поесть. И тут появляется мукбангер — виртуальный друг, собеседник, своеобразная замена человеку, с которым можно разделить трапезу, — рассказывает эксперт.

Она отмечает, что по сути мукбанг — это гастрономический театр в интернете, который устраивают блогеры, или биджеи, как их называют в Южной Корее. Однако формат сильно отличается от традиционных кулинарных шоу, где готовят интересные блюда, рассказывают о продуктах и способах приготовления пищи.

— В случае с мукбангом блогеры зачастую заказывают дешевую еду, набирая всего подряд, поглощают огромное количество пищи и параллельно рассуждают на простые бытовые темы. Познавательная составляющая минимальна. Иногда блогеры шутят, устраивают что-то вроде стендапа, распаковывают покупки, но в целом это довольно примитивное развлечение. И за ним стоит грустная картина: одинокий человек ест и смотрит, как ест другой одинокий человек, — рассуждает клинический психолог.

Как уменьшается тревожность

Психиатр, психотерапевт Алексей Вилков полагает, что мукбанг допустимо рассматривать как потребность в снижении общего уровня тревожности человека.

— Сюжетов и эфиров с видеоблогерами очень много, они весьма разнообразные. Так называемый мукбанг — лишь один из вариантов наблюдения за действиями медиаперсон. И если это вызывает у конкретного человека положительные эмоции и уменьшает тревожность, то подобное увлечение отчасти можно отнести к условной норме. Совсем другое дело, когда человек использует только такой вариант для снижения тревожности и у него срабатывает механизм привыкания к нему, — разъясняет специалист.

По словам врача, навязчивая тяга включать и смотреть исключительно такие ролики может оказаться отклонением — разновидностью обычного невроза либо невроза навязчивых действий. Но для точного вывода о наличии обсессивно-компульсивного расстройства важно понимать, насколько часто человек обращается к подобным эфирам, сформировалась ли у него зависимость от них и умеет ли он получать удовольствие или расслабляться иными, привычными способами.

— Безусловно, данный способ расслабления весьма редкий, вычурный и необычный. Поэтому если человек часто или периодически такой метод использует, то это уже повод задуматься о его благополучии, — поясняет психиатр.

Специалист обращает внимание и на то, что такие развлечения представляют собой довольно новый вид досуга даже в эпоху цифровых технологий.

— Если имеет значение эффект новизны, а человек относится с юмором к такому развлечению, тогда для него это просто временная забава, которая постепенно надоест. И тогда он переключится на какие-то другие способы поглощения новой и необычной информации, — полагает собеседник «Известий».

Почему люди смотрят на тех, кто ест

В аналитическом агентстве «ПрессИндекс» «Известиям» рассказали: за два года (с 1 октября 2024-го по 30 сентября 2026-го) в русскоязычных социальных медиа появилось более 333 тыс. сообщений о мукбанге.

— Это разговорный, персональный формат, где зрителю важен не только сам процесс употребления еды, но и блогер, его манера общения и происходящее вокруг него. Именно поэтому мукбанг продолжает удерживать внимание: еда привлекает зрителя в кадр, становится фоном, но дальнейшее обсуждение строится уже вокруг человека и формата общения с ним, — объясняет публичный представитель агентства Владислав Обушинский.

В комментариях речь чаще идет о блогере, а не о самой еде: 27,9% реакций касаются конкретного ролика и его подачи — того, как человек ест, кажется ли происходящее аппетитным, приятным или, напротив, раздражает. Еще 25,8% комментариев посвящены личности автора — его поведению, внешнему виду, жизни и общению с аудиторией. 21,3% пользователей обсуждают уже сам феномен мукбанга: ради чего его смотрят, что считать мукбангом и чем привлекателен такой формат.

— Мужчины чаще становятся авторами контента о мукбанге. Среди авторов, для которых удалось определить пол, 59% составляют мужчины и 41% — женщины. Разница еще заметнее по объему создаваемого контента: на мужчин приходится около 66% публикаций, на женщин — 34%. Таким образом, мужчины не только чаще представлены среди авторов темы, но и в среднем активнее публикуют контент о мукбанге, — комментирует собеседник редакции.

Эксперт дополняет: непосредственно еда, аппетит, блюда и рецепты оказываются главным предметом реакции лишь в 3,3% случаев. Это один из самых заметных итогов исследования — жанр представляет собой скорее персональный развлекательный формат, выстроенный вокруг блогера и его подачи, а не просто контент о еде.

— Мукбанг одновременно нравится и раздражает. Реакция аудитории на формат остается неоднозначной. 38,9% комментариев имеют позитивную тональность, 33,7% — негативную. Еще 19,4% относятся к нейтральным реакциям, а 8% — к ироничным и мемным. Позитивных реакций больше, чем негативных, но разрыв небольшой. Поэтому мукбанг сложно назвать контентом, который аудитория воспринимает однозначно положительно, — подчеркивает Владислав Обушинский.

Одним из факторов устойчивости жанра специалисты считают как раз его эмоциональную неоднозначность: подобные ролики не только смотрят, но и оживленно обсуждают — в том числе потому, что они вызывают противоположные реакции.

Весной 2025 года тема пережила резкий всплеск на фоне нескольких резонансных инфоповодов вокруг мукбанг-блогеров, после чего объем обсуждений вернулся к более спокойному уровню.

— Однако снижение числа публикаций не означает исчезновение интереса. Во второй половине исследуемого периода активность снова начала расти: за последние полгода число упоминаний увеличилось на 17%, а поисковый интерес к мукбангу вырос сразу на 55%. Одновременно изменилась и интенсивность потребления контента: в среднем одна публикация о мукбанге в последнем годовом периоде получила в 2,4 раза больше просмотров, чем годом ранее, — приводит статистику представитель «ПрессИндекс».

Он дополняет: за апрель–сентябрь 2026 года пользователи сделали на 54,6% больше запросов о мукбанге, чем за предыдущие шесть месяцев.

— Особенно заметно ускорение летом: частотность запроса выросла с 52,6 тыс. в мае до 114,1 тыс. в августе. При этом другие темы еды менялись гораздо спокойнее. За те же полгода частотность запроса «рецепты» увеличилась всего на 3,6%, а «доставка еды» и «фудблогер», напротив, снизились на 8,5% и 5,4% соответственно. Это не означает, что мукбанг популярнее — темы слишком различаются по масштабу. Однако по скорости изменения поискового интереса этот жанр заметно выделяется на фоне других, — рассказывает Владислав Обушинский.

Снижается интеллект, тупеет разум

Дарья Серебрякова отмечает: с точки зрения психиатрии развлечения такого рода интеллектуальному развитию не способствуют, а тормозят его. Пока один человек читает, учится, смотрит хорошее кино и знакомится с интересными людьми, другой часами наблюдает за тем, как кто-то ест.

— Эти занятия предъявляют совершенно разные требования к мышлению. В первом случае человек получает новую информацию, развивает кругозор, работает с более сложными смыслами. Во втором — преимущественно потребляет однообразный контент, не требующий интеллектуальных усилий и концентрации, — объясняет клинический психолог.

Она считает, что единичный просмотр подобного контента к негативным последствиям не приведет. Но если часами смотреть, как кто-то поедает огромное количество еды под примитивные бытовые истории, то можно прямо говорить об интеллектуальной деградации.

— Мозг привыкает к простому и доступному, не требующему умственных усилий развлечению. И если такой контент вытесняет чтение, учебу и другие занятия, стимулирующие мышление, то интеллектуальная жизнь человека обедняется, — подчеркивает специалист.

Собеседница редакции обращает внимание на вероятность того, что мукбанг способен повысить риск компульсивного переедания.

— Если человек регулярно смотрит, как блогер поглощает огромные объемы пищи, особенно когда сам при этом ест, то подобное поведение постепенно становится привычным фоном. Еда превращается в развлечение, а наблюдение за чужим перееданием — в способ проводить свободное время, — отмечает Дарья Серебрякова.

На пике популярности сами мукбангеры нередко набирают значительный лишний вес; известны и случаи летального исхода. По мнению психолога, это вполне закономерная цена образа жизни, при котором поглощение огромных объемов пищи становится профессией. При этом эксперт подчеркивает, что на своем контенте мукбангеры зарабатывают деньги, которые могут потратить и на восстановление здоровья. Но то, что для автора является способом получения дохода, для зрителя — сомнительный образец для подражания.

Можно ли связать еду с безопасностью

Поклонники контента о еде уверены, что пища в любом случае воспринимается как символ безопасности. В качестве аргумента они ссылаются на древние времена, когда человек мог спокойно поесть лишь после того, как добыл мамонта, развел огонь и оказался в месте, где ему ничто не угрожало. Дарья Серебрякова считает некорректным переносить такие рассуждения на современного человека.

— Раньше еда действительно могла ассоциироваться с безопасностью и благополучием просто потому, что была не всегда доступна. Но теперь ситуация изменилась — переедание стало одной из главных проблем нашего общества. Представление о еде или жировой прослойке как о своеобразной защите можно обсуждать в контексте отдельных психологических гипотез, но в XXI веке, когда одной из серьезных проблем стало ожирение, подобная трактовка выглядит особенно сомнительно, — рассуждает клинический психолог.

Мукбанг нередко называют способом расслабиться за счет ASMR-звуков (автономной сенсорной меридиональной реакции). В этом варианте речь идет о хрусте, шипении и жевании. Однако данные исследования «ПрессИндекс» показывают, что сегодня эти две темы развиваются самостоятельно.

— За год число упоминаний ASMR в социальных медиа выросло на 77%. При этом количество сообщений, в которых одновременно упоминаются ASMR и мукбанг, наоборот, сократилось на 38%. В результате доля пересечения двух тем снизилась с 9,9% до 3,4%. Качественный анализ постов подтверждает эту картину: только 7,5% публикаций с определенным контекстом были в первую очередь связаны с ASMR и звуками еды. Получается, что ASMR продолжает активно расти как самостоятельный формат, тогда как мукбанг постепенно выходит за рамки «еды ради звука», — отмечает Владислав Обушинский.

Эксперты в области психиатрии считают, что в отношении звуков жевания и чавканья многое зависит от индивидуальных предпочтений.

— Одних людей такие звуки успокаивают, других раздражают, они даже делают замечания окружающим. Но, как психолог, работающий с адаптивным поведением, я бы обратила внимание вот на что: если человек систематически приучает себя успокаиваться и получать удовольствие от звуков чавканья, то это может создавать трудности в межличностных отношениях, — подчеркивает Дарья Серебрякова.

Специалист советует относиться к мукбангу как к развлекательному жанру, который иногда можно посмотреть ради шутки. Если же хочется отдыхать за просмотром кулинарного контента, лучше выбрать телепередачи и видеоблоги о приготовлении еды, питании в путешествиях, гастрономических традициях разных стран и народов: в таком контенте можно узнать что-то новое, познакомиться с другими культурами, увидеть интересные рецепты и услышать содержательные разговоры, указывает она.

— Разумеется, мы не обязаны каждую свободную минуту заниматься чем-то серьезным, читать сложную литературу или учиться. Отдых может быть простым и бытовым. Но даже в этом случае есть смысл выбирать контент, который предлагает что-то большее, чем наблюдение за тем, как человек распаковывает покупки из магазина низких цен или его корейского аналога и поглощает тонны лапши. Тем более что такой зритель рискует столкнуться с тревогой из-за набранного веса и других последствий для здоровья, — резюмирует собеседница редакции.