За несколько лет искусственный интеллект стал главной силой, трансформирующей глобальные рынок труда и экономику. В этих условиях создатель нейросети Claude — компания Anthropic — обогнала OpenAI и обрела статус самого дорогого AI-стартапа планеты. Сейчас борьба разворачивается за господство над технологиями, которые могут перекроить целые специальности и принципы ведения бизнеса. Как ИИ воздействует на занятость и экономическую систему в целом — в обзоре «Известий».
Как ИИ меняет спрос и предложение• За два года искусственный интеллект повлиял на рынок труда серьезнее, чем многие цифровые инновации за десятилетие. Бизнес приступил к сокращению издержек на монотонные операции, поскольку нейросети оперативнее автоматизируют документооборот, техподдержку, информационный поиск, локализацию, написание кода и подготовку контента. Работа Boston Consulting Group демонстрирует, что в предстоящие три года ИИ модифицирует содержание труда приблизительно у половины работников в Соединенных Штатах.
• Оценка эффективности персонала претерпела изменения: прежде компании нанимали больше сотрудников при увеличении нагрузки, сейчас же часть функционала берут на себя ИИ-решения. Это особенно отчетливо проявляется в консалтинговой, маркетинговой, IT- и медийной отраслях. Число позиций для новичков сокращается. При этом усиливается востребованность кадров, владеющих инструментами на базе ИИ. Чаще остальных нейросети используют разработчики, аналитики данных, менеджеры по реализации и административный персонал.
• Экономика постепенно переориентируется от концепции массового трудоустройства к модели повышенной производительности, поскольку работник, оснащенный ИИ-средствами, способен выдавать результат, сопоставимый с работой малой группы. Следствием становится конкуренция корпораций за экспертов, способных настраивать и направлять ИИ-потоки. Одновременно возрастает нагрузка на молодых специалистов, особенно занятых стереотипными операциями. Основываясь на сведениях одного из ведущих мировых инвестбанков Goldman Sachs, внедрение искусственного интеллекта на планете способно автоматизировать в районе 300 млн рабочих мест с полной занятостью.
Гонка ИИ-компаний• Капитализация Anthropic увеличилась до $965 млрд. Стартап стал наиболее дорогостоящим AI-игроком Кремниевой долины, опередив OpenAI, чья стоимость сейчас приблизительно равна $852 млрд. Подъем Anthropic обусловлен умением превратить искусственный интеллект в практичный бизнес-инструмент. Платформа Anthropic Claude содействует программированию, верификации документов, аналитике массивов и роботизации части офисных процессов. Наиболее стремительно расширяется сфера разработки, поэтому инвесторы предполагают, что рынок этих услуг обретет колоссальные масштабы.
• Ключевой замысел Anthropic состоит в том, что искусственный разум должен автономно исполнять обязанности. Ставка делается на ИИ-агентов — алгоритмы, способные продолжительное время функционировать без человека: например, анализировать масштабный проект, корректировать код, искать ошибки или готовить сводки. Именно эта черта выделяет Anthropic среди части оппонентов. OpenAI сохраняет лидерство в массовом сегменте благодаря ChatGPT, тогда как Anthropic мощнее наращивает присутствие в корпоративной сфере и сообществе программистов.
• Инвесторы вливают гигантские средства в Anthropic, делая ставку на масштабный передел трудового рынка. Они исходят из того, что через несколько лет организации обзаведутся виртуальными ИИ-служащими, которые примут на себя долю обязанностей персонала. Однако если окажется, что ИИ всего лишь незначительно ускоряет работу сотрудников, не замещая их, текущие рыночные оценки рискуют оказаться чрезмерно завышенными.
• Ведущие игроки отрасли сейчас сконцентрировали усилия по нескольким векторам. OpenAI активно совершенствует универсальные модели и корпоративные продукты. Google встраивает ИИ в поисковую систему, офисные пакеты и платформу Android. Microsoft трансформирует Copilot в рабочую среду для бизнеса. Meta (признана экстремистской и запрещенной в России) ориентируется на открытые разработки и инфраструктуру Llama. Китайские корпорации наращивают давление на американский сектор. Особо высокими темпами прогрессируют DeepSeek и Alibaba: они выпускают более доступные модели и ведут агрессивную борьбу на азиатском пространстве.
• Соперничество давно вышло за рамки классической технологической гонки, ведь теперь компании сражаются за процессорные ресурсы, талантливых инженеров и доступ к информационным массивам. Крупные структуры приобретают дата-центры на десятки миллиардов долларов. Для обеспечения их бесперебойной работы и тренировки нейросетей IT-корпорации приступили к активному поиску новых источников энергии: Meta подписала соглашения более чем на 6 гигаватт атомной энергии к 2035 году для снабжения будущих объектов, а американская Constellation Energy договорилась с Microsoft о долгосрочных поставках электричества на 20 лет и ради этого заново запустит первый реактор АЭС Три-Майл-Айленд в Пенсильвании.
Какие профессии под угрозой• Наиболее сильное воздействие искусственный интеллект окажет на специальности с шаблонными и циклическими функциями: вероятность сокращений нависла над кассирами, операторами контакт-центров, телемаркетологами, банковскими и делопроизводственными кадрами. При этом прогнозные оценки разнятся. Так, Всемирный экономический форум предполагает, что к 2030 году на планете может исчезнуть 92 млн позиций, но параллельно возникнет около 170 млн новых вакантных мест в технологической и цифровой сфере.
• В обозримой перспективе ИИ будет скорее приумножать компетенции высококвалифицированных профессионалов, нежели полностью вытеснять людей. Нейросети окажут поддержку врачам, исследователям, инженерам и руководителям, но не смогут выдавить области, где критически важны межличностное общение, эмпатия и неординарные решения. Относительная защищенность пока сохраняется за строителями, электромонтажниками, сантехниками и другими представителями физического ручного труда. На таком фоне эксперты ожидают роста востребованности программ переквалификации и навыков взаимодействия с ИИ.
Схлопнется ли ИИ-пузырь• В профессиональной среде все настойчивее обсуждается сценарий «пузыря ИИ»: капиталовложения в отрасль увеличиваются чрезмерно стремительно относительно практических доходов корпораций. К примеру, американский финансовый гигант Morgan Stanley прогнозирует вложения в дата-центры на уровне $2,9 трлн в 2025–2028 годах, между тем исследование Массачусетского технологического института выявило, что 95% предприятий до сих пор не ощутили заметной финансовой отдачи от интеграции ИИ. Аналитики проводят параллели с крахом доткомов.
Справка «Известий»Пузырь интернет-компаний образовался в конце девяностых на фоне массового увлечения Cетью, когда инвесторы безоглядно финансировали убыточные веб-стартапы по завышенным ценам. К 1999 году приблизительно 39% венчурного капитала направлялось в интернет-фирмы, а индекс NASDAQ подскочил с 1000 пунктов в 1996 году до 5048 к марту 2000-го.
После подъема ставок Федеральной резервной системой и первых сомнений в рентабельности таких предприятий рынок рухнул: NASDAQ утратил более 70%, вкладчики лишились порядка $5 трлн, а множество стартапов прекратили существование. Сегодняшнюю ситуацию нередко сопоставляют с текущим бумом искусственного интеллекта, когда оценки бизнеса и объемы капиталовложений также увеличиваются быстрее реальной прибыли.
• На рынке ширится тревога, что корпорации расходуют избыточно много денег на оснащение и инфраструктуру без гарантированного возврата средств: к 2030 году AI-сектору для покрытия потребностей в вычислительной мощности потребуется около $2 трлн ежегодной выручки, но фактические поступления рискуют оказаться на $800 млрд меньше. Тем не менее даже гипотетический кризис не затормозит прогресс технологии. Рынок проходит стандартный цикл, вслед за чрезмерными надеждами наступает фаза охлаждения и более реалистичной оценки потенциала. Часть AI-проектов действительно канет в лету, но сами нейросети прочно займут позиции в экономической структуре. Особенно бурно станут эволюционировать системы, способные к самостоятельным действиям.
Как контролируют ИИ• Государства поэтапно переходят от дискуссий к практическому регулированию сферы искусственного интеллекта. Наиболее строгим образцом послужил законодательный акт Евросоюза об ИИ: он внедряет нормы для генеративных алгоритмов, комплексов идентификации личности и высокорисковых систем. Корпорации обязаны маркировать сгенерированный ИИ контент и раскрывать определенные данные о функционировании своих моделей.
• Соединенные Штаты пока реализуют менее строгую стратегию, нацеленную на стремление удержать первенство собственных компаний на мировом рынке. При этом ведущие американские AI-корпорации деятельно воздействуют на будущие нормативные акты посредством лоббистов и профессиональных ассоциаций. В частности, согласно информации OpenSecrets, в 2023 году в США интересы индустрии искусственного интеллекта лоббировали уже 460 структур, тогда как в 2016-м их было всего шесть. Расходы OpenAI на лоббистскую деятельность подскочили с $260 тысяч в 2023-м до $1,76 млн в последующем году.
• Российская Федерация выстраивает свою модель регуляции искусственного интеллекта и ориентируется на национальные ИИ-продукты и технологическое импортозамещение: ведущие игроки уже имплементируют генеративные нейросети в банкинг, правительственные сервисы, СМИ и онлайн-ретейл. Министерство цифрового развития представило проект закона, впервые определяющий правила для ИИ: маркировку автоматически созданных материалов, обязательства для создателей и пользователей, а также меры ответственности за негативные последствия. Системы классифицируются на «суверенные» (сконструированные в России при содействии государства) и «доверенные» (одобренные к работе в госорганах после аудита ФСБ и ФСТЭК).
• На территории России крупные платформы обязаны обеспечивать хранение данных граждан и модерировать информацию от ИИ, а вычислительные центры получат преференции на электроэнергию и развитие инфраструктуры. Планируется, что закон вступит в силу 1 сентября 2027 года.
При написании материала «Известия» учитывали мнения:
профессора Финансового университета Александра Сафонова;
доцента Базовой кафедры ТПП РФ «Управление человеческими ресурсами» РЭУ им. Г.В. Плеханова Фариды Мирзабалаевой.