Задержаны еще трое экс-участников бандформирований

Следственный комитет России проинформировал о задержании трех очередных фигурантов кровавых атак на военнослужащих, совершенных в Чечне в 1999–2000 годах. Один из задержанных, по версии следствия, причастен к расстрелу колонны Минобороны в станице Червленной, жертвами которого стали 15 солдат. Двое других подозреваются в нападении на пермский ОМОН, унесшем жизни 43 человек. Подробности — в материале «Известий».

География задержаний: от Ингушетии до Татарстана

Розыск и задержание бывших членов бандформирований проводились при силовой поддержке ФСБ, МВД и территориальных подразделений СКР. Как уточнила официальный представитель Следственного комитета Светлана Петренко, фигуранты были задержаны в трех регионах России: Ингушетии, Башкортостане и Татарстане. Это говорит о том, что спустя более чем 20 лет после завершения активной фазы контртеррористической операции на Северном Кавказе участники банд по-прежнему пытаются скрываться в разных уголках страны.

Источник, знакомый с ситуацией, сообщил «Известиям», что задержанию предшествовала долгая оперативная работа, которая завершилась только тогда, когда были получены неопровержимые доказательства того, что это именно разыскиваемые боевики. Для этого привлекали экспертов-криминалистов, подтвердивших: добытые оперативным путем данные соответствуют параметрам разыскиваемых террористов.

Кровавый след в станице Червленной

По версии следствия, первый из задержанных состоял в банде, которой руководили Шамиль Басаев и Амир Хаттаб (они внесены в РФ в перечень террористов и экстремистов). Ему вменяют участие в атаке 4 октября 1999 года на военнослужащих Минобороны РФ в станице Червленной Шелковского района Чечни. Эти события вошли в историю как одна из наиболее трагичных страниц начального периода второй чеченской войны. Тогда при обстреле колонны погибли 15 военных, еще 28 были ранены. Этот эпизод оказался одним из ключевых в обвинительных заключениях по делу о вооруженном мятеже.

Фигуранту предъявлено обвинение по ряду тяжких статей Уголовного кодекса РФ: ч. 3 ст. 279 («Вооруженный мятеж»), ч. 2 ст. 209 («Участие в банде») и ст. 317 («Посягательство на жизнь военнослужащих»). По данным следствия, задержанный добровольно вступил в незаконное вооруженное формирование.

Засада на пермский ОМОН: 43 погибших

Остальные двое задержанных подозреваются в причастности к атаке 29 марта 2000 года на сводный отряд ОМОН ГУВД Пермской области и военнослужащих комендантской роты в Веденском районе Чечни. По числу жертв среди сотрудников правоохранительных органов это преступление стало одним из самых массовых.

По данным СК, тогда погибли 43 сотрудника правоохранительных органов и военнослужащих, 102 человека получили ранения и увечья. После боя боевики скрылись, унеся с собой внушительный арсенал: 36 автоматов Калашникова, 13 пулеметов, три снайперские винтовки и гранатомет АГС с боеприпасами. Всех троих задержанных заключили под стражу.

Без срока давности

Задержать подозреваемых удалось благодаря системной работе силовиков по ликвидации остатков банд Басаева и Хаттаба. Судебные процессы над участниками этих формирований продолжаются непрерывно. Три месяца назад Южный окружной военный суд вынес приговор еще двоим участникам банды, напавшей на псковских десантников в 2000 году, — 23 и 24 года лишения свободы. Расула Кошманбетова из Нового Уренгоя и Арслала Таушева из села Каясула Ставропольского края задержали еще в августе 2020 года. Им вменили вооруженный мятеж, бандитизм и посягательство на жизнь военнослужащих.

Как рассказал «Известиям» собеседник в правоохранительных органах, поиск и задержание бывших боевиков из бандформирований Басаева и Хаттаба — не единичная спецоперация, а многолетний кропотливый труд оперативников ФСБ, МВД и следователей Следственного комитета. Именно межведомственное взаимодействие позволяет доводить такие дела до суда.

Как указал правоохранитель, основной объем работы приходится на Северный Кавказ — Чечню, Дагестан, Ингушетию и Кабардино-Балкарию. Там по-прежнему остаются «спящие» ячейки и пособники. Отыскать разыскиваемых непросто: эти люди не просто скрылись, а растворились среди населения, сменили документы, а кое-кто — и внешность. Однако система, выстроенная за десятилетия, действует.

— У нас наработан колоссальный опыт именно по северокавказскому подполью. Мы знаем их повадки, связи, маршруты передвижения, родственные и этнические кланы, через которые они пытаются легализоваться, — заявил эксперт.

Источник редакции при этом подчеркнул: ключевую роль играют специальные базы данных — розыскные ориентировки, дактилоскопические карты, ДНК-профили.

— Сегодня даже если человек сжег документы и сделал себе новое лицо, его выдают биометрические следы. Мы собираем биологию, отпечатки, сравниваем с имеющимися образцами. Это позволяет идентифицировать даже тех, кто считался погибшим или пропавшим без вести, — отметил специалист.

Методы розыска непрерывно совершенствуются, и это дает результат. Кроме биометрических данных, оперативники активно отслеживают каналы связи и проверяют родственную базу.

— Мы анализируем телефонные соединения, интернет-коммуникации, в том числе мессенджеры. Боевик, как бы глубоко он ни прятался, рано или поздно выходит на связь с семьей, с соратниками. Эти цепочки часто становятся точкой входа, — пояснил сотрудник правоохранительных органов.

Связи разыскиваемых прорабатываются поштучно, добавил он. Проверяют родственников, односельчан, свойственников — всех, кто способен дать человеку убежище или финансовую поддержку.

— Иногда человек скрывается по 10 лет именно потому, что дальний родственник помог ему с документами или жильем. Но и эти схемы мы вскрываем. Работа идет планомерно, и каждый такой эпизод — это чей-то арест и приговор, — заключил собеседник редакции.

В последние годы следствие активно выявляет и задерживает участников банды Басаева. 10 апреля 2026 года стало известно о поимке троих участников на территории Астраханской и Московской областей. Как поясняли тогда в СК, двое из них в ночь с 2 на 3 августа 1999 года участвовали в вооруженном нападении на пост федеральных сил в Республике Дагестан, а третий 29 февраля 2000 года в составе той же группировки участвовал в нападении на военнослужащих 6 роты 104 полка 76 Псковской дивизии ВДВ на территории Чеченской республики.