Ровно три десятилетия минуло с 23 мая, дня трагической гибели рядового пограничных войск Евгения Родионова. Оказавшись в руках боевиков в период Первой чеченской кампании, он на протяжении почти 100 суток переносил истязания и был казнен в собственный день рождения за нежелание снять нательный крест. О детстве военнослужащего, армейской службе, деталях плена и сохранении памяти о нем — в публикации «Известий».
Детство и приход к вереЕвгений Родионов появился на свет 23 мая 1977 года в селе Чибирлей Кузнецкого района Пензенской области. Его отец, Александр Родионов, трудился столяром-мебельщиком (он скончался спустя неделю после похорон сына). Мать, Любовь, по профессии технолог-мебельщик. В 1984 году семейство обосновалось в поселке Курилово Московской области, где Евгений завершил обучение в девяти классах средней школы. После этого он устроился на мебельную фабрику и осваивал профессию водителя.
В младенчестве Родионова окрестили, однако нательного креста он не носил. Только позднее бабушка отвела мальчика в церковь. Именно там будущему солдату вручили крестик. При этом мама, в прошлом коммунистка, отмечала, что не занималась религиозным воспитанием сына — к вере его приобщили две бабушки. С ее точки зрения, непоколебимость в убеждениях возникла у Евгения благодаря словам священника, которые он запомнил навсегда.
Армейская служба и попадание в пленВ 1995 году Родионова призвали в ряды вооруженных сил. Как вспоминала мать, получив повестку, он был по-настоящему рад, что распределен в пограничные войска. Службу нес на административной границе Чечни и Ингушетии. В сентябре 1995 года произошла последняя встреча с матерью, в ходе которой Родионов рассказал, что сам попросил направить его в горячую точку. В январе 1996 года его откомандировали в Назранский пограничный отряд, на рубеж с Чечней.
В ночь с 13 на 14 февраля 1996 года младший сержант Андрей Трусов и рядовые Евгений Родионов, Игорь Яковлев и Александр Железнов исполняли обязанности караула на блокпосту в горной местности на стыке Чечни и Ингушетии.
К посту приблизился автомобиль неотложной помощи, внутри которого находились боевики полевого командира Руслана Хайхороева. Бойцы остановили машину для досмотра, но попали в плен. Командование подразделения по ошибке известило родных, что солдаты дезертировали, однако позднее информация о пленении подтвердилась.
Истязания и казньВ плену Родионов с товарищами пребывал порядка 100 суток, подвергаясь беспощадным пыткам и унижениям. Как впоследствии Хайхороев поведал матери Евгения в присутствии сотрудника ОБСЕ, перед российским солдатом стоял выбор: убрать нательный православный крест, обратиться в ислам, сражаться на стороне боевиков — и сохранить жизнь. Но Родионов ответил отказом на эти условия.
Вследствие этого 23 мая 1996 года, в день, когда ему исполнилось 19 лет, Евгений Родионов был убит боевиками в селе Бамут — солдату отсекли голову. Хайхороев также угрожал расправой его матери Людмиле Родионовой, если она еще раз приедет в Чечню.
Поиск матерью и погребение РодионоваЛюбовь Родионова в течение девяти месяцев вела самостоятельные поиски сына. Женщина участвовала в переговорах с главарями боевиков, сама находилась в плену, встречалась с полевым командиром Хаттабом. Через посредника ей удалось выкупить у боевиков сначала тело сына, а потом — его голову.
Родионова погребли на кладбище в поселке Сатино-Русское в Троицком административном округе Москвы, поблизости от церкви Вознесения Христова. Военнослужащего посмертно удостоили ордена Мужества.
Сохранение памяти в народеС годами Родионова начали чтить как мученика, хотя Русская православная церковь (РПЦ) формально не канонизировала его. Лик солдата стал появляться на иконах, памятных табличках, поклонных крестах и армейских нашивках.
Монументы и мемориалы, посвященные рядовому, возведены в различных уголках России, в том числе в Тульской, Пензенской, Московской и Воронежской областях. На 165-м километре трассы М4 «Дон» в Тульской области расположены поклонный крест и мемориал «Воину Евгению», созданный по инициативе местных жителей. Среди верующих Евгений Родионов продолжает оставаться олицетворением стойкости и преданности своим принципам, его знают и почитают на Кипре, в Греции, Сербии и Черногории.