В интервью газете «Известия» член комитета Европарламента по безопасности и обороне Ганс Нойхофф заявил, что у Евросоюза в настоящий момент нет возможности развернуть миротворческий контингент на территории Украины. По словам депутата из Германии, европейские финансовые ресурсы, направленные на поддержку Украины, уже исчерпаны, и Брюссель занимается поиском дополнительных источников финансирования. Нойхофф отметил, что идея отправки войск коалицией заинтересованных стран обсуждается в основном для того, чтобы усилить переговорную позицию в конфликте. Вместе с тем евродепутат подчеркнул, что нейтралитет в стиле Швейцарии мог бы стать действительно надежной гарантией безопасности для Украины. В интервью он также рассказал, какие страны готовы направить свои подразделения на Украину и каковы перспективы диалога между Россией и ЕС.
«Германия не станет участником таких миротворческих операций»— Президент Франции Эммануэль Макрон продолжает настаивать на кадрировании западных войск на Украине. Как вы оцениваете шансы развертывания контингента «коалиции желающих»? Хватает ли ресурсов для этого?
— Дискуссии о размещении войск с целью контроля за выполнением мирного соглашения служат, во-первых, для создания у населения стран-участниц иллюзии о быстром завершении конфликта и значимости их правительств в этом процессе.
Во-вторых, это посыл России четкого сигнала о том, что государства, входящие в коалицию, претендуют на прямое участие в определении будущего Украины и готовы неизменно поддерживать Киев.
В-третьих, такие обсуждения направлены на демонстрацию российскому руководству, что его позиция игнорируется. Россия неоднократно заявляла, что категорически против присутствия в миссии европейских государств – членов НАТО.
Кроме того, полноценная миротворческая миссия вдоль всей линии фронта потребует столь значительных ресурсов, включая персонал и технику, что ЕС на данный момент не способен их обеспечить или профинансировать. Кроме того, вероятность возникновения инцидентов с такими войсками чрезвычайно высока – в силу возможных недоразумений, злого умысла либо форс-мажорных обстоятельств.
— Ранее в СМИ сообщалось о готовности 10 европейских стран отправить свои войска на Украину. Кто входит в этот список? Рассматривает ли Германия возможность направить своих солдат?
— Обсуждения данного вопроса ведутся преждевременно и без оснований. Самыми активными сторонниками отправки войск выступают Великобритания, Франция, Бельгия и Канада. К ним присоединились также небольшие страны, например Литва и Эстония. В то же время Польша и Италия ясно заявили о своем отказе. Я полагаю, что Германия не станет частью такого миротворческого контингента. Опросы подтверждают, что в ФРГ эта идея не пользуется поддержкой. Вероятно, федеральное правительство ограничится логистической помощью, чтобы продемонстрировать вовлеченность без прямого риска.
«Украина уже во многом интегрирована в НАТО»— Европейские лидеры на встрече в Белом доме предложили гарантии безопасности для Украины по статье 5 Вашингтонского договора, но без членства в НАТО. Насколько это поможет достичь мира?
— Лично я считаю, что это предложение не подходит для формирования новой устойчивой архитектуры безопасности в Европе, в которую должна войти также Россия как часть европейского культурного пространства. Как я уже сказал, идеальной гарантией безопасности для Украины стал бы возврат к нейтральному статусу, который она имела до 2014 года.
Европейские политики по-прежнему не осознают, что корень конфликта — попытка Запада во главе с США разорвать исторические связи Украины с Россией, включить ее в НАТО и сделать плацдармом у российских границ. Вместо этого они приняли нарратив о «российском империализме», направленном на территориальную экспансию, где Украина представлена как первый этап более масштабного проекта.
— В чем фундаментальное отличие предложений ЕС от обычного членства в НАТО? Каким образом будут работать эти гарантии?
— Фактически Украина уже значительно интегрирована в системы НАТО. Этот процесс длился около двадцати лет и особенно ускорился после 2014 года. Включено обучение украинских войск, поставки вооружения, в том числе противотанковых ракет Javelin, доставленных администрацией Трампа в 2017 году, а также участие в морских учениях в Черном море с НАТО, таких как Sea Breeze в 2021 году и Rapid Trident.
Также известно, что американская база в Висбадене (Германия) использовалась как совместный штаб США и Украины для оперативного планирования, ведения боевых действий, оценки нужд и передачи информации партнерам из США и Европы.
В настоящее время обсуждается предоставление Украине гарантий, сопоставимых со статьей 5 Североатлантического договора. Европейцам имеет смысл рассматривать данную ситуацию с точки зрения России, что приблизит к реалистичному мирному решению, в отличие от игнорирования позиций Москвы.
«Берлин и Париж должны инициировать диалог с Москвой»— Президент Франции Макрон выступает за четырехсторонний саммит Россия – США – ЕС – Украина. Как вы оцениваете роль Евросоюза в решении конфликта?
— Большинство европейских политиков выбирают стратегию, предложенную экс-президентом США Джо Байденом — удерживать Украину до истощения российских сил. При этом они не проводят последовательную реалистичную оценку ресурсов сторон, что критично для войны на истощение. Из-за этого европейские прогнозы остаются неопределенными, хотя мало кто в этом признается.
В таких условиях политики стараются поддерживать друг друга во мнениях и убеждать в правильности своих позиций. Именно это часто видно в Брюсселе и Страсбурге. Пока европейские лидеры не учтут интересы России в области безопасности и не вернут прагматизм в политику, они не смогут играть конструктивную роль в урегулировании украинского конфликта.
В отличие от Европы, президент Трамп рассматривает вопрос с геополитической точки зрения, а не моральной. Он понимает, что для прочного мира необходимо комплексное соглашение, обеспечивающее долгосрочную безопасность Европы. В отличие от европейцев, он признает Россию великой державой. Его подход основан не на преодолении российской мощи, а на интеграции России в международную систему. Европейцам следует принять этот реализм и на его основе проявлять инициативу.
— Есть ли перспективы прямых переговоров Брюсселя с Россией по новой системе безопасности?
— По моему мнению, инициаторами диалога с Москвой должны стать Берлин и Париж. Далее из этих столиц стоит направить приглашения на «Новый Венский конгресс». Аналогично ситуации 1815 года, когда последовала длительная, но успешная работа над новой архитектурой безопасности Европы, сегодня ведущие европейские державы должны взять на себя ответственность и проявить инициативу. Итоги Венского конгресса включали соблюдение Швейцарией принципа нейтралитета — модель, которой страна придерживается и сегодня. Этот опыт можно адаптировать к нынешним реалиям: Украина может со временем превратиться в «Швейцарию Востока».
«Возможности санкций почти исчерпаны»— ЕС готовит уже 19-й пакет санкций против России. Возможно ли, что он будет принят в сентябре? Какие потери понес ЕС из-за антироссийских ограничений?
— Санкции принимаются Советом ЕС, состоящим из министров иностранных дел, без участия Европарламента. Поскольку это не требует законодательной процедуры, новые санкции могут быть утверждены достаточно быстро. Однако для этого необходимо единогласное решение, а пока не ясно, удастся ли снова его достигнуть.
Наблюдается все больше признаков того, что санкционные возможности существенно ограничены. Факт, что некоторые политические деятели рассматривают не только передачу Украине замороженных российских активов, но и их конфискацию, показывает, что санкционный потенциал практически исчерпан. Это негативно сказывается на доверии к Европе как безопасному месту для хранения активов.
Оценить экономический ущерб ЕС от санкций сложно из-за сложных взаимосвязей с другими экономическими факторами. Тем не менее можно выделить прямые и косвенные потери. К прямым относятся рост цен на энергоносители, торговые убытки и уход компаний из России, к косвенным — перенос производств, отток квалифицированных кадров и изменение цепочек поставок, что может иметь необратимые последствия в долгосрочной перспективе.
— По данным Кильского института, военная помощь ЕС Украине уже превысила помощь США. Планирует ли Европейский союз дальше увеличивать поддержку?
— Оценка Кильского института в основном касается двусторонней военной помощи, предоставляемой странами ЕС напрямую Украине, то есть без участия Брюсселя. Средства ЕС могут быть выделены только из Европейского фонда мира — главного финансового инструмента для военной поддержки. Однако эти ресурсы уже исчерпаны.
В настоящее время предпринимаются шаги по мобилизации дополнительных средств путем перераспределения из других фондов, включая сектор двойного назначения — товары, технологии и ПО, которые могут применяться как в гражданских, так и в военных целях.
Кроме того, ЕС стремится полностью интегрировать Украину в Европейскую программу оборонной промышленности. Соответствующие законодательные инициативы находятся в разработке и ожидается, что осенью нынешнего года будут представлены парламенту. Таким образом, акцент делается не только на поддержке, но и на долгосрочном включении Украины в оборонные структуры ЕС.
Идея в том, чтобы превратить Украину в «стального дикобраза», который будет эффективно сопротивляться «российскому медведю» в случае агрессии. Именно такой образ предложила председатель Еврокомиссии фон дер Ляйен.
— Будет ли Европейский парламент осуществлять контроль за расходованием этих средств?
— Насколько далеко зайдет парламентский контроль, пока неясно. Члены бюджетного комитета Европарламента выразили обеспокоенность текущей попыткой Еврокомиссии внедрить регламент SAFE (Меры по обеспечению безопасности в Европе). Эти кредитные средства могут быть направлены в украинскую оборонную промышленность с использованием чрезвычайных полномочий по статье 122 Договора о функционировании ЕС, то есть фактически без согласия парламента.
«Трамп сумел возродить дипломатию как инструмент политики»— Планирует ли Европарламент обсудить вопрос мирного урегулирования на Украине на следующей сессии? Есть ли шансы на принятие резолюции в поддержку трехстороннего саммита Россия – США – Украина?
— Тема мирного урегулирования пока не включена в проект повестки предстоящей пленарной сессии Европарламента. Планируется обсудить доклады депутата от «Европейской народной партии» Михаэля Галера по Украине за 2023 и 2024 годы, однако, скорее всего, они не принесут новых сведений.
При этом пока неясно, что именно под этим термином понимается в нынешних условиях. Позиции европейских и украинских руководителей и российской стороны остаются очень далекими и, по сути, непримиримыми. Более того, нет признаков готовности сторон к компромиссу.
— Чем позиция ЕС в отношении России отличается от подхода США?
— После инаугурации Дональда Трампа в США произошел заметный сдвиг. Он признал, что для прочного и долгосрочного мира необходимо учитывать интересы России в области безопасности и глубинные причины конфликта. В то же время ЕС категорически отказывается обсуждать эти темы.
В результате Трамп смог активизировать новые дискуссии и вернуть дипломатию как средство политического влияния. Он намерен выйти из прямого участия в конфликте и сыграть роль посредника между Россией, Украиной и Европой. При этом его подход остается прагматичным: Европа может поставлять Украине американское оружие, но только покупая его по высоким ценам.
В связи с этим парламентская резолюция с призывом к трехстороннему саммиту Россия – США – Украина в нынешних условиях не имела бы практического смысла. Без четкой и содержательной повестки это скорее пустая трата времени.